«Гробы детей стоят в ряд, младенцы в них мирно, крепко спят.
А кто в этом виноват? Вы спросить решили? Ну, вы меня и рассмешили! Вы очень бестолковый, мой пересмешник. Давайте я вам всё доходчиво объясню.
Вы говорите, что герой, что ради родины и жизнь можно отдать. Но я-то знаю правду: вас платят за это, верно? Это так, да?
Вы поскуда, мразь, подлец!
Свою дочку вы повели под венец, а рассказали ей, что убивали таких, как вы.
А стыдно вам? Что ж, могу понять. Весть уже дошла: ваша дочь знает всё о вас. Пришло время умирать.»

Зачем ты калечишь себя? Ты к себе прям любя, но нет.
Собери эти камни, и вновь зажги в своём сердце опять любовь — хотя пора бы запереть надежду внутри. Но ты приползешь к моей сильной мечте: зажечь пламя ты захочешь вновь, но в этом мире нет этой звезды, и ты будешь молить о Земли… но вся земля унесена в гробы. И спаси — и её не на это судьбы.
И молить ты будешь вновь, но на этот раз о воде. Воды ты тут не найдёшь нигде.
И воздух попросишь ты перед тем, как уйдя, но воздух не дам — иначе мне не прожить тут не дня.
И душит барьер моей новой страны. И об это думаешь я и ты, но сказать об этом кому-то нельзя: страх остаться голодным со мной на всю жизнь.
А ты молись, молись, моли…

Я не любитель пустых слов и не любитель слушать вас. Но что могу я вам сказать?
То, что не посмотрю я на вас. А почему не посмотрю?!
Вы мне ответьте лучше честно: весть уже дошла, что вы не 4 весты.
Да, смерть иллюзии настала. Что ж, это всего печать, которою невестой стала.
Но стала она — ну и что?! Давно ли это он заметил?
Но смерть прекрасна, ну и всё ровно она не будет ваще честно.!